В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его вглубь лесов, где вековые сосны падали под его зазубренным лезвием, и вдоль бесконечных стальных путей, где он вколачивал шпалы в щебень. Он помогал возводить опоры для мостов, которые должны были связать далёкие берега.
Вокруг него кипела жизнь, преображалась сама страна. Но Роберт видел и другую сторону этой великой стройки. Он наблюдал, какую цену платят за этот прогресс обычные люди — такие же, как он, рабочие и те, кто приехал сюда в поисках лучшей доли. Их потом, усталость и тихое упорство были невидимым фундаментом каждого нового пролёта и каждого уложенного рельса.